Национальный технологический университет: Разговор о манифесте и войне с Бонапартом.

На мужском конце стола разговор все более и более оживлялся. Полковник рассказал, что манифест об объявлении войны уже вышел в Петербурге и что экземпляр, который он сам видел, доставлен ныне курьером главнокомандующему.

— И зачем нас нелегкая несет воевать с Бонапартом? — сказал Ш. — Il a déjà rabattu le caquet à l'Autriche. Je crains que cette fois ce ne soit notre tour 1.

Полковник был плотный, высокий и сангвинический немец, очевидно служака и патриот. Он обиделся словами Ш.

А затем, милостивый государь, — сказал он, выговаривая э вместо е и ъ вместо ь. — Затем, что император это знает. Он в манифесте сказал, что не может смотреть равнодушно на опасности, угрожающие России, что безопасность империи, достоинство ее и святость союзов, — сказал он, почему-то особенно налегая на слово «союзов», как будто в этом была вся сущность дела.

И с свойственною ему непогрешимою, официальною памятью он повторил вступительное слово манифеста: «и желание, единственную и непременную цель государя составляющее: водворить в Европе на прочных основаниях мир — решили его двинуть ныне часть войска за границу и сделать к достижению намерения сего новые усилия».