Верхневолжский продторг: Отказали в выплате заработанных денег

В Заволжский Отдел полиции

от [Б.] [П.] [А.]

прож. по адресу: б-р Шмидта, д.5, корп.1, кв.56.

контактный телефон: 55−15-83, 8 904 353−31-98.

Заявление в полицию об организованном хищении

Об уголовной ответственности за заведомо ложный донос по ст. 306 УК РФ мне известно и я предупреждён.

Прошу привлечь к уголовной ответственности [К.] [А.] [В.], который с 16 по 24 июля 2019 года по адресу: 170 002, г. Тверь, ул. 2-я Пролетарская, д.67, пом.2 (место нахождения склада). Почтовый адрес: 170 041, г. Тверь, Комсомольский пр-т, д. 16. тел.: (4822) 70−02-52. тайно похитил вверенное мне имущество: семь коробок тушёнки (30 банок в 1 коробке), четырнадцать коробок сгущёнки (30 банок в 1 коробке) и девять упаковок Кашинской (мин. воды 1, 5л, по 6 бут. в 1 уп). Кража имущества совершена при обстоятельствах, подробно описанных в объяснении (прилагается).

Совершение вышеуказанного преступления подтверждается свидетелями:

Ген. Директор: [К.] [Н.] [А.]

Зам директора: [Ш.] [А.] [С.]

Начальник коммерческого отдела: [П.] [А.] [В.]

Технический директор: [А.] [О.] [И.]

Оператор склада: [К.] [Д.] [В.]

Ст. кладовщица (и. о. начальника склада) [А.] [Н.] [В.]

Кладовщица [Е.] [Н.] [В.]

Водители погрузчиков

Грузчики.

Причинённый ущерб оцениваю в размере 48.888, 72 руб. (сорока восьми тысяч восьмиста восьмидесяти восьми рублей), семидесяти двух копеек, который является для меня значительным.

Прошу провести по данному факту следственные мероприятия и снять с меня обвинение в ущербе имуществу работодателя.

Привлечь виновных лиц к уголовной ответственности.

объяснение

21 мая 2019 года я был принят на работу кладовщиком на склад консервов, который находится внутри основного склада, (находящегося в ведении старшей кладовщицы и кладовщицы).

От предыдущего кладовщика, [К.] [П.] [А.] мною был принят склад консервов по документу «Остатки на складах», без особых расхождений; 24 мая 2019 г. каждый лист «Остатков» был подписан [К.] и мною. Инвентаризация по описи не проводилась, акты состояния склада не составлялись

Товарно-материальные ценности (ТМЦ) отпускались только по сборочным накладным, а поступали по приходным документам. Информация об отгрузках со склада консервов до оператора склада доводилась в полном объёме и без ошибок.

В первый раз за время моей работы кладовщиком остатки были предоставлены в середине июня 2019 г. Состояние склада консервов было в норме.

Во второй раз остатки были предоставлены 16 июля. Я открыл старшей кладовщице (и. о. начальника склада), склад консервов. Затем, с её позволения, я удалился со склада в здание метрологии с целью фасовки сахарного песка, оставив её одну в складе консервов. Также подсчёт продолжался 18 и 19 июля (то с моим присутствием, то без меня).

Утром, в пятницу, 19 июля 2019 года, около 09:00 утра при исполнении мною обязанностей кладовщика на территории склада у меня из левого кармана рабочей куртки исчез ключ от замка, закрывающего склад с консервами. Пропажу я обнаружил только через час по двум признакам:

1. Отсутствию ключа в левом кармане

2. Закрытому замку на дверях склада консервов.

Последующий час времени был потрачен на поиск ключей и открытие замка без ключа (способом резкого сдёргивания). Во время моего волнения в этот час времени старшая кладовщица сохраняла спокойствие и шутила, — что уже тогда навело на определённые размышления относительно её причастности к этому делу. После открытия двери склада консервов (приблизительно в 10:30:00) старшая кладовщица предлагает мне поискать ключ там, где я фасовал сахарный песок (в здании метрологии). Я вместе с ней направляюсь туда, внимательно всё осматриваю, — ключа не нахожу. Убедительно уверяю ст. кладовщицу, что исчезновение ключа произошло на территории вверенного ей склада. Оставляю ст. кладовщицу одну в помещении метрологии, а сам (один) иду искать на территорию основного склада. Через 35 минут возвращаюсь в помещение метрологии и наблюдаю свой ключ на полу возле стола, а ст. кладовщица, указывая мне на него, стала утверждать, что он у меня выпал из кармана и показывает на мой ключ в том месте, где 35 минут назад его точно не было. На ключе я обнаружил следы грязи с пола основного склада, что навело на определённые размышления. Выявленное обстоятельство я не стал обсуждать со ст. кладовщицей в связи с её грозными возмущениями на мои возражения.

К пересчёту остатков склада консервов 19 июля более не возвращались.

В понедельник, 22 июля утром, при подсчете остатков, была обнаружена недостача ещё одной коробки (30 банок) тушёнки, которая была в наличии ещё в пятницу (19 июля). При этом склад консервов, а главное — входная дверь в него, — не оборудована видеофиксацией (не обеспечены надлежащие условия хранения ТМЦ в отношении хищения).

23 июля в конце рабочего дня была обнаружена недостача сгущённого молока «Рогачёв» ж/б 380 гр. 1/30 в объёме 14 коробок. Всего — 420 банок.

23 июля была составлена полная инвентаризационная опись всего склада, содержащая недостачу на сумму 48 888, 72 руб. (сорок восемь тысяч восемьсот восемьдесят восемь рублей 72 копейки).

С 19 июля в отношении меня поступило на склад устное распоряжение из бухгалтерии не давать мне заработанных мною денег. В ответ на просьбу дать хотя бы половину заработанного, — оператор склада меня отправила в офис в бухгалтерию.

Так как я рассчитывал заранее на получение денег в числа 19 июля и 25 июля, то 23 июля я был вынужден подписать эту инвентаризационную опись и все остальные документы, датируемые с 23 по 25 июля включительно, для того чтобы беспрепятственно получить хотя бы половину заработанных мною денег. Таким образом я был подвержен давлению со стороны Ген. Директора ООО перед угрозой неполучения полностью заработанных мною денег. Для получения заработанных мною денег хотя бы в размере половины, я выразил согласие на любые условия Ген. Директора ООО. Поэтому я подписал Соглашение о добровольном возмещении ущерба работником от 25.07.2019 г., что заведомо исключает мою свободу волеизъявления.

Внутреннее служебное расследование (Приказ 14 от 25.07.2019 за подписью Ген. Директора), — не проведено в полном объёме.

Хищение со склада возможно осуществить только с привлечением технических средств (автопогрузчика) и по административному распоряжению таким образом, что исполнители преступления могут и не знать о своём участии в преступной цепочке. Семь коробок тушёнки, четырнадцать коробок сгущёнки и девять упаковок Кашинской невозможно вынести с основного склада (каждый выход просматривается видеокамерами) без организации и подготовки такого хищения группой лиц и по предварительному сговору.

В целях расследования я попросил у Ген. Директора ООО для себя экземпляр инвентаризационной описи от 24.07.2019. В ответ мне было отказано, со ссылкой на коммерческую тайну содержания этой описи.

На основании вышеизложенного, прошу

1. Снять с меня обвинение владельца товара в ущербе.

2. Провести повторное расследование и определить виновных лиц и степень вины владельца товара и сотрудников склада в его недостаче.

3. Выплатить мне ту часть моего заработка, которая 25.07.2019 г. ушла на погашение «Ущерба», в размере 13 тыс. (тринадцати тысяч) рублей.