АО "РНГ": Высокая зарплата не компенсирует системный хаос и безвластие.

Должность: Великий кормчий технологических руин (в трудовой значилось «Начальник УТТ»)

Компания: АО «рнг», цирк с выездной программой в Якутию

Если вы когда-нибудь мечтали почувствовать себя нейрохирургом, которому выдали столовую ложку вместо скальпеля, а в ассистенты назначили стажёра-вахтовика с графиком 35/35 — добро пожаловать в АО «рнг».

Это место, где высокая зарплата служит не вознаграждением, а авансом на будущее лечение нервного тика и покупку личного аппарата для измерения давления.

Щедрость, от которой захватывает дух (и не только от цен).

Зарплата здесь действительно сказочная: на 42% выше среднего по ХМАО и на 175% выше оклада зама, который спит спокойно.

Правда, после знакомства с местным супермаркетом, где ценник на гречку заставляет задуматься об ипотеке, а стоимость авиабилета в большую землю сопоставима с бюджетом на крыло самолёта, начинаешь понимать — это не щедрость.

Это суточные за выживание в условиях Крайнего Севера и крайнего менеджмента.

Жильё дают. Это плюс.

Не придётся ночевать в том самом «служебном автомобиле», который вам торжественно вручат спустя три месяца уговоров гендиректора.

О самом автомобиле: это не просто Toyota 2014 года, это настоящая капсула времени.

Пробег за 700 тысяч км намекает, что агрегат помнит ещё первые зимники и лично знает всех оленей в округе.

Водителя к машине, конечно, не прилагается.

Организуйте сами из «резервов по штатному расписанию».

Резерв — это обычно вы сами и ваше умение уговаривать.

Полномочия без границ (ровно как и сама граница — ноль).

На собеседовании вам скажут, что вы — начальник Управления.

Запомните этот момент.

Через неделю вы поймёте, что ваша реальная должность — «главный виноватый по всем вопросам».

Вы будете отвечать за выпуск 518 машин, но переставить запчасть с одной железной груды на другую без ритуального танца с бубном и согласования в Москве вы не имеете права.

Любое действие, включая выбор цвета скрепки в путевом листе, требует визы генерального директора, а затем — благословения собственника.

Срок рассмотрения инициативы — месяц.

Если вы забудете напомнить о ней три раза, она умрёт у вас на руках, а виноватым, спойлер, объявят снова вас.

Это система «ручного управления», где руками работаете вы, а управляют — другие.

Штатный состав: театр одного актёра.

Забудьте о классической структуре утт.

у вас не будет главного инженера.

Не будет зама по эксплуатации.

Не будет начальника эксплуатации.

Их работу будете делать вы.

Единственный зам — вахтовик, который прилетает с мыслью «перекантоваться», а не свернуть горы.

Шесть начальников автоколонн, которые по документам руководят процессом, на самом деле трудятся 15–17 часов в сутки: пишут служебки, сдают авансовые отчёты за себя и того парня, закупают носки, объясняют поставщикам разницу между болтом и гайкой.

На осмотр техники и работу с водителями времени у них не остаётся, поэтому 40−50 машин с просроченным техосмотром — это не проблема, это фоновая заставка вашего рабочего стола.

Ремонтная база: квест «Пойди туда, не знаю куда».

Представьте: 842 единицы техники, средний возраст 9 лет, пробеги под 400 тысяч км.

И на всё это богатство — 18 ремонтных постов и 4 передвижные мастерские.

В ремонте постоянно висит около 130 машин.

Как только вы загоните технику на дефектовку, её тут же выгонят ждать очереди во двор, где заботливые коллеги растащат с неё все уцелевшие запчасти на другие машины.

Через полгода, когда придут заказанные детали, вы получите ржавый кузов без колёс.

Мойка — отдельный аттракцион.

Два аппарата высокого давления под открытым небом, воду возят водовозками, очередь — до трёх дней.

Смотровой канавы нет.

Механик «осматривает» машину, лёжа на спине в глине, как заправский партизан.

Снабжение: медитация на тему «ничего нет».

Местный склад пуст, как обещания организатора «ручного» управления.

Срочная заявка на запчасть идёт через Москву от трёх недель до трёх месяцев.

Плановая — от полугода до года.

Потому что каждая заявка и каждый счёт должен месяц пролежать на столе у гендиректора.

Ваши предложения разбиваются о гениальную логику: «Нет, вы должны сначала обеспечить 100% явку водителей в столовую в нерабочее время, а потом мы обсудим ваши КТП и мойки».

Серьёзно, это цитата.

Ремонтная база стоит, но график питания священен.

Безопасность и планирование: адреналин как бонус.

Водители работают по 10–12 часов на зимниках.

Разрешений на негабарит практически нет — компания экономит.

Как итог, 20+ ДТП в год — это не статистика, это ритм вашей работы.

Плана перевозок не существует.

Есть еженедельно меняющаяся сказка, а каждую ночь ведущий инженер ОЭ распределяет 100–150 единиц техники по разовым заявкам.

Внутренние заказчики ни за что не отвечают, а виноваты снова вы.

Бизнес-план на год может дойти до вас к концу января следующего года, и это не считается катастрофой.

Катастрофа — когда вы пытаетесь найти в этом здравый смысл.

Информационная гигиена: 150 писем днём и 80 ночью.

Это не спам.

Это дублирование ответственности.

Каждое ваше утро начинается с [censored] авгиевых конюшен в Outlook, куда скидывают вопросы, которые должны решать удалённые службы в Москве.

Снабжение, логистика, бухгалтерия — все далеко, но их проблемы почему-то становятся вашими.

Итог для соискателя

Если вы хотите за 3–6 месяцев превратиться в человека с трясущимися руками и ненавистью к слову «согласование» — вперёд.

Высокий оклад здесь — это не зарплата, а компенсация за то, чтобы вы стали громоотводом для системного хаоса.

Вас нанимают не управлять, а быть тем самым «крайним», которого уволят с пометкой «не справился». Ирония в том, что справиться здесь нельзя — система сконструирована так, чтобы вы проиграли.

Берегите сердце, нервы и трудовую книжку.

Лучше устроиться замом в ХМАО и спокойно считать свои плюс 175% к адекватности жизни, попивая кефир без привкуса якутской глины и московских согласований.

А этот отзыв — не сарказм, это крик души, заверенный печатью и 150 непрочитанными письмами.